Анатолий Котов. Фото: БФСС
Польские правоохранительные органы официально отказываются расследовать исчезновение Анатолия Котова, ссылаясь на отсутствие юрисдикции. Однако неофициально журналисты узнали, что решение может быть обусловлено подозрением в агентурной деятельности.
Статью об исчезновении Котова сегодня опубликовала Rzeczpospolita. В ней использованы материалы расследования БРЦ.
Беларусский расследовательский центр рассказывает, что удалось официально и неофициально выяснить польским коллегам.
«Лицо, которого касается сообщение, не является гражданином Польши, действия против него не происходили на территории Республики Польша, и нет оснований утверждать, что граждане Польши могли быть причастны к возможному совершению преступления», — ответил на запрос Rzeczpospolita пресс-секретарь Варшавской окружной прокуратуры Петр Скиба.
Он также добавил, что родственники могут обжаловать отказ. Однако, как пишет БРЦ, супруга Котова не получала решение прокуратуры по этому делу.
Rzeczpospolita со ссылкой на свои источники также пишет, что турецкие власти передали польским следователям материалы в рамках международной правовой помощи. Из их данных следует, что Котов прилетел в Стамбул и при прохождении границы использовал беларусский паспорт, а не так называемый «женевский», выдаваемый лицам, получившим статус беженца.
Представитель польских служб заявил изданию, что это свидетельствует о желании Котова остаться анонимным и не выделяться из общего туристического потока. При этом Котов мог использовать беларусский паспорт, чтобы избежать бюрократических трудностей. С беларусским паспортом можно въехать в Турцию без визы, по женевскому проездному документу требуется виза.
Источник Rzeczpospolita, близкий к расследованию, утверждает, что ключевой версией исчезновения Котова является агентурная деятельность. Он считает, что Котов сотрудничал с разведкой в деле получения доступа к Павлу Латушко. Источник признает, что впоследствии его отстранили от операции, чтобы предотвратить разглашение информации.
БРЦ отмечает, что к таким выводам надо относиться критически, так как польская сторона на проводила полноценного расследования. Кроме того, БРЦ располагает неопубликованными данными, которые противоречат этой версии. Предположительно, исчезновение Котова не было его добровольным решением.
Для Rzeczpospolita исчезновение Котова также прокомментировал Павел Латушко.
«Все эти годы он пытался наладить связь с представителями элиты в Минске, пытаясь решить беларусскую проблему через них. <…> Несколько раз благодаря ему я общался с бывшими премьер-министрами Беларуси. Думаю, ему удалось углубиться в дело, и он попал в ловушку спецслужб», — сказал он.
Напомним, БРЦ в своем расследовании смог проследить путь Котова в Турции. Из Стамбула он прилетел в Трабзон, где поднялся на борт яхты с тремя другими пассажирами, гражданкой Иордании азербайджанского происхождения Кахирой Эйналовой и двумя россиянами. С Эйналовой Котов поддерживал отношения до поездки.
Яхта проследовала к берегам Абхазии, где к судну подошел российский военный корабль береговой охраны. Россияне обвинили Котова в якобы нападении на них. Пограничники ФСБ вошли на борт, забрали Котова и приказали капитану вычеркнуть его из списка пассажиров. С тех пор его никто не видел.