Фото: Денис Дзюба
В ближайшие месяцы беларусское издательство «Мяне няма» выпустит сразу несколько заметных новинок – от новой книги Юли Артемовой до первого беларусского издания ранней версии мемуаров Марка Шагала и романа Алены Глуховой, переведенного с французского языка. Накануне этих релизов Reform.news поговорил с одним из сооснователей издательства, писателем и редактором Павлом Антиповым, о том, как сегодня выживает независимое книгоиздание, почему хороших книг по-прежнему не хватает и какую литературу ищет «Мяне няма».
«Мяне няма» было основано в Варшаве в 2023 году и за это время выпустило 19 книг. Редактор признается, что изначально он рассчитывал выпускать больше, но довольно скоро стало понятно, что подготовить книгу к печати – лишь часть работы.
«Когда мы начинали, я думал, что мы будем делать очень быстро и кучу книг. Но команда захотела не просто печатать книги, а уделять большое внимание распространению, – говорит Антипов. – Если бы мы просто печатали книжки, никто бы про них не знал. Мы продавали бы одной книги 20-100 экземпляров максимум, делали бы быстро следующую. Но сейчас наш средний тираж — это 500 книг. Насколько я помню, в Беларуси проданный тираж в 300 экземпляров – это было что-то нереальное, печатали пару сотен и продавали их по несколько лет. А у нас 300 экземпляров расходятся за несколько месяцев».
Если первые книги «Мяне Няма» находили своего покупателя в Беларуси, то сегодня, по словам Антипова, издательство работает прежде всего на аудиторию в эмиграции.
«Сейчас можно сказать честно, что мы все-таки уже эмигрантское издательство. После всех атак на издательства [в начале 2026 года в Беларуси прошли массовые задержания издателей и распространителей книг, а ряд участников книжной отрасли был признан «экстремистским формированием». – Reform.news] наши книжки стали в разы меньше заказывать в Беларусь. Тот рынок для нас закрылся – чего и добивались люди, которые это делали», – говорит он.
Антипов предполагает, что для многих беларусов в эмиграции покупка книг стала одним из способов сохранить связь со своей идентичностью: «Возможно, людям хочется поддержать свою беларусскость, как-то почувствовать себя беларусами. В том числе покупая беларусские книги».
Так у издательства сформировалось собственное сообщество читателей, которое и помогает распространять книги дальше.
Год назад на Reform.news развернулась небольшая дискуссия о будущем беларусского книгоиздания. Главный редактор Gutenberg Publisher Валентина Андреева говорила о необходимости провести экономический аудит отрасли и лучше понять, как сегодня устроен книжный рынок. Издатель Андрей Янушкевич отвечал, что ключевые задачи и так очевидны: выпускать больше новых книг и профессионально работать с аудиторией. Антипов считает, что в этих позициях нет противоречия.
«Если есть время, провести исследование – это неплохо. Любая дополнительная информация полезна. Но с другой стороны, сейчас действительно нужно просто издавать как можно больше книг, потому что их недостаточно».
По его словам, запрос есть и со стороны читателей, и со стороны авторов. Одним не хватает разнообразия – кто-то ищет современную прозу, кто-то хочет читать более легкие тексты, кто-то устал от литературы, напрямую связанной с политикой. Другие – уже написали свои книги, но годами ждут возможности их издать.
«Мне на почту приходят рукописи, среди них очень даже неплохие. Иногда я сразу говорю: это классная книжка, но если мы захотим вас издать, то вам придется ждать больше года. Я советую обратиться в другие издательства. И хорошо, если книга в итоге выходит там. Но некоторые до сих пор так и не опубликованы».
Главным ограничением Антипов называет нехватку ресурсов: «Самое простое, чего не хватает издательскому процессу, – денег».
По его словам, продажи книг пока не позволяют независимым беларусским издательствам существовать без внешней поддержки. В идеальной ситуации доходов от продажи книг хватало бы на зарплаты сотрудникам, подготовку новых изданий и развитие проекта.
«В других странах издательства поддерживаются на уровне государства. У нас, к сожалению, государства нет. И оно нас, соответственно, не поддерживает, – рассуждает Антипов. – Нам же немного надо. Мы занимаемся общественно важной работой. И общество из своих налогов – а беларусов много, они платят много налогов, – какую-то маленькую долю могло бы отдавать на наши издательства. Им бы это ничего не стоило, а нам было бы проще планировать и делать дальше книги. Это бы оплачивало наш труд, который сейчас не окупается».
Отчасти компенсировать отсутствие поддержки помогают европейские культурные институции, финансирующие переводы национальной литературы. Если издательство решает перевести книгу с латышского, польского или другого европейского языка, то соответствующие фонды могут заметно снизить стоимость выпуска книги: «Ты оплачиваешь работу переводчика, корректора, права, а потом просто продаешь книгу и получаешь доход».
Для беларусских книг такой системы поддержки практически нет. Поэтому издательствам приходится искать другие модели устойчивости – гранты, предзаказы, краудфандинг, помощь меценатов.
«У нашего издательства было несколько меценатов. Это не какие-то огромные деньги, но очень приятно, когда люди просто доверяют тебе. Мы не должны потом отчитываться за это, как за гранты. Это показывает, что мы нужны».
По словам Антипова, чтобы книга нашла своего читателя, для их встречи приходится создавать дополнительные поводы: «Мы видим, что книжки продаются не просто: выложил в интернет, дал два интервью и продаешь. Нужно вокруг книжек делать какие-то события».
«Мяне Няма» проводит стримы с авторами на YouTube, участвует в книжных ярмарках и литературных фестивалях, ставит свои стенды на концертах беларусских музыкантов. За этим стоит небольшая команда сооснователей (культуролог Максим Жбанков, дизайнеры Игорь Юхневич и Александр Пожиток, журналистка Дарья Ситникова) и несколько присоединившихся позже волонтеров.
Одним из новых форматов стала театрализованная читка книги Юлии Шатун, подготовленная «Тутэйшым тэатрам». Актеры читали фрагменты текста, а режиссер Андрей Савченко разговаривал с авторкой и аудиторией, включая их в перформанс. Позже театр провел иммерсивную экскурсию по офису издательства в Варшаве.
В качестве еще одного эксперимента издательство запустило Patreon для поддержки работы Сергея Пукста над новым романом. Подписчики получают главы по мере их написания, а собранные средства идут на гонорар автору.
«Мы знали, что Сергей Пукст может написать классную книжку. Просто так он бы, скорее всего, не согласился. Решили выплачивать ему за каждую главу по 500 злотых. Честно говоря, пока мы в минусе. Но какую-то часть этих потерь Patreon все-таки покрывает».
По словам Антипова, все это – не отдельные проекты, а часть одной идеи. Издательство старается строить вокруг себя культурную среду и объединяться с другими независимыми инициативами.
«Мы не просто издательство, которое хочет заработать денег. Мы еще и своего рода культурное объединение, которому интересно сотрудничать разными безбашенными творческими инициативами. С “Тутэйшым тэатрам”, с “Кшталтам” – это молодые классные люди, которые делают концерты, поэтические читки и перформансы. И в итоге мы делимся друг с другом своей аудиторией».
«Мяне няма» с самого начала стало издательством «прямого высказывания». Большинство выпущенных им книг работают с личным опытом автора. В команде этот жанр называют «постфикшн», хотя признают, что границы между художественной литературой, автофикшном и документальной прозой сегодня становятся все более условными.
«Мне кажется, что сейчас выдуманная литература проигрывает реальности и поэтому выглядит очень искусственно. Если кто-то сейчас придумывает какого-нибудь Петю, который эмигрировал из Беларуси и работает доставщиком еды, сразу понятно, что это не Петя, а сам автор. Зачем он тогда за этим именем скрывается?»
По мнению Антипова, сегодня эпохе больше соответствует прямое высказывание от первого лица, но бывают и исключения: «Андрей Дудко, например, не хотел писать совсем уж от своего имени и написал псевдофикшн про писателя, который пишет роман. Там видно море автобиографического материала, но и фантазийные куски очень классные».
Для Антипова гораздо важнее, чтобы текст говорил с читателем о чем-то существенном и выдерживал проверку временем: «Есть только хорошие и плохие книжки. Хорошая выдуманная книжка тоже говорит о реальности. И невыдуманная книжка – тоже про фантазию. Потому что даже если ты просто записал свой день в дневник, ты все равно записал его через собственный взгляд».
По его мнению, формальные рамки – это издержки маркетинга: «Мы вынуждены говорить, что это автофикшн, роман или сборник рассказов – просто потому, что нужно как-то представить книгу читателю. Но к самому тексту это почти не относится. Хорошие книжки могут перешагнуть эту грань».
Одной из таких книг Антипов называет анонимный «Дзённік 2021-2022». Он убежден, что анонимность автора серьезно повлияла на судьбу книги: сегодня продвижение независимых изданий во многом строится вокруг личности писателя, а в этом случае такой возможности у издательства просто не было.
«Это книжка просто мега про реальность. Про человека, который в 2022 году продолжает оставаться в Беларуси. Для меня она очень много говорит о том, сколько мы все терпели. Читая эту книжку, чувствуешь, как под сковородкой постепенно увеличивают огонь. Или чайник все кипит, кипит, кипит. Автор в этом себе не признается, но ты видишь, какой п***ц вокруг. А заканчивается все 22 февраля, за два дня до полномасштабного вторжения, и ты понимаешь, что впереди будет еще хуже, – рассказывает Антипов. – Тот, кто хочет расслабиться, такую книжку не прочитает. Но все книги живут во времени. Я понимаю, сейчас это не хочется читать, но через какое-то время это будет очень важным документом эпохи. И можно будет что-то про нее понять, прочитав эту книгу».
За несколько лет работы над издательством Антипов почти перестал писать сам. При этом он не скрывает, что если бы обстоятельства были другими, он с гораздо большим удовольствием занимался бы исключительно писательством: «Мне гораздо интереснее принимать участие в литературном процессе как писателю, чем заниматься организационными штуками».
На вопрос, зачем тогда продолжать тратить столько сил на издательство и другие литературные проекты, Антипов отвечает неожиданно просто – потому что в этом он видит смысл: «Всем хочется жить так, чтобы их жизнь была не бессмысленна. Когда ты понимаешь, что живешь не зря, когда веришь в то, что делаешь, это и дает смысл».
Он говорит, что никогда не выбирал литературу как рациональный карьерный путь, в котором можно заработать. Антипов пробовал заниматься журналистикой, работал бухгалтером, но все равно возвращался к литературной работе: «Лучше я буду заниматься тем, что хочу. Может, это не принесет денег. Но это хотя бы принесет мне внутреннее удовлетворение. А иногда, кстати, приносит и деньги».
Постепенно вокруг его литературных интересов начали появляться другие проекты – литературные премии, резиденции, Litradio, а затем и издательство. Сам Антипов признается, что никогда специально не стремился становиться организатором литературного процесса, скорее пытался сформировать среду для собственного творчества.
«Чтобы мне самому прийти в литературу, мне пришлось сначала создать для этого процесс. Я понял: если я напишу следующую книгу, то куда она придет? Где о ней будут писать? Кто ее издаст? Значит, нужно сначала достроить этот процесс. В большой степени все, что я делаю, – я создаю условия для себя. Но автоматически создаю их и для других, – говорит Антипов. – У меня, видимо, есть какие-то организаторские склонности. Я могу увидеть, как что-то сделать: издать книжку, настроить работу премии. И я верю, что могу это воплотить. Если я уйду из этой сферы, то это место, скорее всего, никто не займет. Потому что это не институциональное место, за него не платят. И поэтому я остаюсь».
При этом Антипов не любит говорить о какой-то особой миссии: «С литературным процессом всегда и все не так. И, наверное, никогда не будет так. Поэтому приходите в него, найдите себе свое место и делайте то, чего пока нет. Никто вместо вас этого не сделает».
Юля Артемова – «Пока я искала слова»
Роман о вынужденном отъезде из Беларуси, который, по словам Павла Антипова, впервые показывает этот опыт настолько широко – через судьбы самых разных людей, оказавшихся в одной маршрутке на пути в эмиграцию. Вместе с тем книга говорит о писательстве, женской идентичности, женской социализации и предлагает честный взгляд на события последних лет без попыток упростить или идеализировать реальность. По мнению Антипова, именно такая способность показать целую эпоху через личные истории – признак серьезной мировой литературы.
Максим Жбанков – «ШокингКульт. Книга перемен»
Новая книга культуролога Максима Жбанкова, в которой он подводит итоги последних лет беларусской культуры. По словам Антипова, благодаря своей «метафорической манере» Жбанкову удается вместить в короткие тексты гораздо больше смыслов и точно схватить культурную ситуацию Беларуси после 2020 года.
Владимир Козлов – «Юго-Запад»
Продолжение романа «Варшава», действие которого переносит читателя в Минск конца 1990-х. Главный герой – журналист, наблюдающий, как с приходом Лукашенко к власти в стране постепенно «закручиваются гайки», но жизнь при этом продолжается: люди работают, влюбляются, ходят на концерты и пытаются жить обычной жизнью. По мнению Антипова, книга позволяет почувствовать атмосферу Беларуси того времени и увидеть, как незаметно менялась страна.
Марк Шагал – «Сваё»
Беларусское издание ранней версии мемуаров Марка Шагала, написанной на идише и переведенной Сергеем Шупой. Антипов рассказывает, что это самый ранний из сохранившихся вариантов воспоминаний художника: русский оригинал, о котором упоминал сам Шагал, не сохранился, а позднейшие версии были переработаны и переведены Беллой Шагал на французский. Сохранилась машинопись с авторским эпиграфом и редакторскими правками, опубликованная в 1925 году в нью-йоркском литературном журнале Di Tsukunft. Именно этот текст впервые выходит по-беларусски. Для издательства это возможность вернуть беларусскому читателю не только важную книгу Шагала, но и память о Беларуси как о многонациональной стране с сильной еврейской культурной традицией.
Алена Глухова – «Нашы зіхоткія целы»
Первый перевод на беларусский язык романа писательницы Алены Глуховой, которая живет во Франции и пишет по-французски. Для издательства это возможность познакомить беларусского читателя с авторкой, уже известной во Франции. Сам роман Антипов называет примером современной европейской прозы – небольшой по объему, написанный в традиции безэмоционального эссеистичного письма, которое, по его мнению, редко встречается в современной беларусской литературе.
Падпісвайцеся на культурныя навіны Reform.news у Telegram