Министр-координатор специальных служб Польши Томаш Семоняк в эфире TVPinfo рассказал, как проходил обмен на польско-беларусской границе, в результате которого во вторник был освобожден Анджей Почобут.
По словам Семоняка, до конца польская сторона не была уверена в успехе операции.
«Этот обмен был весьма вероятен, поскольку в нем участвовали не только Польша и Беларусь. Однако в таких ситуациях никогда нельзя быть уверенным, что ничего не произойдет, что президент Беларуси не позвонит и не скажет, что мы этого делать не будем, потому что именно это произошло в прошлый раз, когда мы были очень близки к обмену», — сказал он.
Семоняк добавил, что согласование технических деталей обмена длилось несколько дней. Нужно было доставить на границу лиц из третьих стран. Их участие в обмене добавляло уверенности польской стороны.
«За минуту до 13 часов, когда это должно было начаться, мы с премьером смотрели на экран, который показывал, откуда должны были появиться беларусы с Анджеем Почобутом, и не было у нас уверенности. Эмоции в этом момент были очень сильными. Это действительно происходило. Тут была другая сторона, которая вчера сдержала своё слово, но несколько раз нарушала его», — добавил он.
Семоняк рассказал, что польская сторона выставила условие: Анджей Почобут должен перейти границу первым.
«Да, это было наше условие, принятое другой стороной, поэтому для нас это было очевидно. Анджея Почобута нет — обмена нет», — сказал он.
По его словам, он ожидал, что Почобут задаст вопрос о возвращении в Беларусь. Семоняк отметил, что политзаключенный — «это великий польский, а также беларусский герой борьбы за демократию, борьбы за права меньшинств», который не хочет быть вне закона. Министр напомнил, что уже были случаи, когда при обменах люди отказывались и возвращались в страну, которая их выдавала. Такой случай произошел во времена ПНР.
«Поэтому здесь ничего не было ясно, и для меня было очевидно и естественно, что он хотел дать понять: меня волнует Беларусь, верховенство закона в Беларуси, и что он не изгнанник из своей страны, как десятки или сотни других беларусских оппозиционеров», — сказал Семоняк.
«Это его решение. Здесь ему оказали наилучшую медицинскую помощь. Вчера вечером он встречался со своей семьей. Ему необходимо пройти обследования. Однако он свободный человек, и он сам примет это решение. Конечно, мы сделаем все возможное, чтобы обеспечить ему здесь наилучшие условия, но, как я уже сказал, он свободный человек и будет делать все, что захочет», — добавил он, отвечая на вопрос о возможном решении Анджея Почобута.
Министр отметил, что освобождение Почобута — важный момент в польско-беларусских отношениях. И теперь от Александра Лукашенко зависит, какими будут дальнейшие шаги, и важен контекст его переговоров со спецпосланником президента США Джоном Коулом.
Семоняк подчеркнул, что хотя Почобут и является наиболее известным из освобожденных, возвращение других участников обмена также было важно.
«Однако тот, кто заключен в Беларуси по обвинению в шпионаже в пользу Польши, — мы очень интенсивно работали над этим, и мы тоже очень переживали за него. Мы не оставляем никого из тех, кто работал на Польшу, или тех, кто, как отец Гавел, был в этом обвинен. Хотя доказательства здесь были очень скудными. Мы разыскиваем каждого поляка, который, по нашему мнению, находится в заключении несправедливо и политически, либо по ложным обвинениям в шпионаже, либо по другим», — сказал он.
Отвечая на вопрос о факторах успеха операции, министр отметил, что три человека, выданные Польшей, имели большое значение для второй стороны.
«Безусловно, тот факт, что три человека, которых мы экстрадируем, имеют огромное значение и важны для другой стороны. Безусловно, американское вмешательство и американо-беларусские отношения. И, конечно же, тот факт, что Россия, которая где-то дергает за последние ниточки часто в случае с Беларусью, также была очень заинтересована в осуществлении этого обмена. Эти факторы, несомненно, определили вчерашний успех», — сказал он.
Семоняк добавил, что Лукашенко оказался в ситуации, когда ему пришлось считаться с Россией, с американцами, и это сузило его возможности для срыва сделки в последнюю минуту, потому что «кто-то в Польше что-то сказал».
Ведущий программы также спросил у министра, не собирается ли Польша начать расследование пыток Почобута.
«Я считаю, что мы должны предпринять все необходимые юридические действия в таком случае. Мне сложно говорить от имени прокуратуры или оценивать ситуацию здесь. Я могу сказать одно наверняка, потому что я был там, я разговаривал с Анджеем Почобутом. Мы обнялись. Я знал его по сообщениям в СМИ и видел, какой он крепкий мужчина, жизнерадостный, энергичный и так далее.
Я обнял человека, который после пяти лет просто голодал, был истощен и слаб, поэтому у него не было тех условий, которые должны были быть в тюрьме. Даже если человек находится в заключении, действуют определенные правила, касающиеся медицинского обслуживания, питания и ухода […] И это также должно быть частью оценки прокуратуры и польских властей, как с ним там обращались», — ответил он.
Семоняк также высказался о перспективах улучшения отношений с Минском.
«Сложно сказать. Нас интересует сохранение этих отношений как можно менее напряженными. Открытие некоторых пограничных переходов в прошлом году… Однако польский опыт показывает, что эти отношения представляют собой такую синусоиду: лучше, хуже и скорее хуже. После 2020 года, после неудачных президентских выборов в Беларуси, мы столкнулись с очень негативными явлениями, также гибридной агрессией на границе.
Стоит отметить, что уже несколько недель не было попыток незаконного пересечения границы с беларусской стороны, что было нашим многолетним кошмаром, начиная с 2021 года. Поэтому Польша, безусловно, заинтересована, чтобы отношения были нормальными, чтобы не искать различных напряженностей и так далее.
Однако в какой степени Лукашенко независим от России и в какой степени Лукашенко может позволить себе такую политику? Это отдельные вопросы. Мы следим за тем, что происходит между Соединенными Штатами и Беларусью, и я уверен — обсуждаем это ежедневно — также важно, чтобы Беларусь не была каким-то государством, на 100% зависящим от России», — сказал Семоняк.
