Ольга Кириллова на выставке "Секретная папка".
Как мы говорим о своем желании? Что считать непристойной фотографией? Обладают ли исторической ценностью наши интимные фото и письма? Беларусская художница Ольга Кириллова в проекте «Секретная папка» (куратор — Дина Данилович), который сейчас демонстрируется в Музей-мастерской Заира Азгура, исследует пространство близости и реабилитирует его место в нашей жизни.
«Чем больше вовлекалась, тем больше забирал»
В темном зале музея на столе лежит красная папка. Приятная на ощупь поверхность, кожаные длинные завязки — и вот передо мной стопка фотографий A4 формата. Странные, любительские снимки, в которых воссоздается чья-то связь, мгновения близости. Интимность в своей безоружности и простоте. Когда просматриваешь фото, фиксируешь в себе эмоциональную смесь вуайеризма и любопытства.
Что скрывает «Секретная папка»?
История проекта началась с того, что к художнице обратилась ее умирающая подруга. Она попросила удалить из ее цифрового архива фотографии «откровенного содержания»- женщина раскаивалась за такие съемки.
Но «непристойный» материал оказался «драгоценным» в глазах художницы.
— Когда я стала невольным свидетелем этой истории, первая мысль была — как это красиво, — признается Ольга Кириллова.
Художница, просмотрев архив, выполнила просьбу подруги, но решила воссоздать уничтоженные фотографии. С одним условием — авторка запечатлела на них себя.
— Мной двигала мысль, что это не должно исчезнуть навсегда, — рассказывает создательница «Секретной папки». — Я нашла камеры, которыми снимала подруга, ходила по магазинам в поисках одежды, как у нее, подбирала антураж, пейзажи, которые были на фотографиях. И дальше просила мужчин позировать со мной. Фотографировали — друзья, близкие, в частности, в проекте есть снимок, который сделала, например, и моя дочь, — делится Ольга Кириллова.
Постепенно проект, которым увлеклась художница, стал менять ее жизнь.
— Чем больше я вовлекалась, тем больше он забирал. На каком-то этапе проект стал личным. Стали возникать сюжеты, которые принадлежали только мне, — своя «секретная папка» появилась и у меня.
Ольга добавляет, что многие близкие люди ее не поняли, и проект явился причиной споров и даже разрыва отношений.
— Но в то же время архив подруги и его осмысление позволили мне понять, что я так долго в себе таила и не знала как высказать, — признается авторка проектов «Лестница», «Время равняется расстоянию, делённому на скорость кадра в секунду», и других. — Я нашла свою тему, которая кажется мне неисчерпаемой. В ней есть и вопрос телесности, идентичности, гендерных взаимоотношений, много моментов. «Секретная папка» подтолкнула меня и к следующему проекту, который продолжает раскрывать людей и отношения с новой стороны.
«Самое важное время для человека»
В темном зале музея взгляд приковывает не только папка: на стенах в больших рамках висят зашифрованные сообщения. Я начинаю вчитываться, вглядываться в знаки, и в череде цифр, букв, внезапно возникают слова: «ya navernoe vlublena v tebya. nichego ne mogu skazat umnogo. ni o4em ne mogu dumat kak o tebe. ty vsyo vremya u menya v myslyah». И дальше — еще и еще одно сообщение, в котором — признание, тоска о любимом/любимой, сожаление, раскаяние, и откровенное желание.
— Мне всегда казалась, что эта сфера обнаженности честно демонстрирует наши слабости и силу, — говорит Ольга.
Художница поясняет, что в рамах — sms- переписка ее подруги и ее мужчины, но так же здесь и другие сообщения, которыми поделились с Ольгой ее друзья.
— Кто-то собирает фотографии, архивы, я бы хотела собирать любовные тексты. Каждый человек по-разному себя проявляет, и в том числе, и в личном. В этой переписке для меня есть настоящие шедевры.
Она добавляет, что хотела бы дальше собирать любовные послания, потому что в них — «виден весь человек».
— Знаешь, когда говорим об этом, даже слова хорошего нет, чтобы обозначить, — описывает она сферу своего художественного интереса. — Говоришь «секс» — и часто подразумевается чисто физиологический акт, какой-то род бездушной компьютерной игры. Но для меня важно общение между людьми, чувство.
Рассуждая о ценности интимных фото и текстов, Ольга подымает тему эго-документов, которые дают другой взгляд на историю.
— Эго-документ — это о ценности дневников, писем, интимных текстов, — поясняет она.- История интимных отношений может раскрыть многие вещи о нашем времени: как относятся в обществе к сексуальной сфере, какие есть табу, что допустимо в том или ином возрасте.
— Но самое важное, — продолжает Ольга, — в любое время нам важно прожить свою жизнь. Когда я стала работать над проектом, мне стало это особенно ясно. Каждый человек думает о любви. И состояние счастья, интимные моменты — в итоге самое важное время для человека.
«Это не может быть «непристойным»
Когда я рассматриваю фотографии из «секретной папки» — откровенные, чувственные и незатейливые, ловлю себя на мысли, что изображения снимков как будто слишком велики. Я хочу немного «приглушить громкость», уменьшить их размер, чтобы «услышать» их внутреннюю интимность.
В какой интонации верно рассказывать о чувствах и наших желаниях? Какими словами? Где замолчать, а где говорить? Что разрушает интимность, а что ее хранит? Проект Ольги провоцирует на вопросы.
— Каждый здесь может прочитать абсолютно своё, — соглашается художница. — Но мне хотелось бы услышать отклик.
— Где для меня граница интимности? Как далеко я могу зайти?- переспрашивает она. — Для кого-то здесь многое будет чересчур, но мне кажется, что дело в твоем персональном отношении, — выделяет главное авторка. — Это как в картине Курбе «Происхождение мира» один увидит порнографию, а другой — жизненную силу, нормальность. Или, скажем, фотографии японского художника Нобуёси Араки. Для кого-то это запредельные вещи, а кто-то увидит в его работах красоту и эмоцию.
Для сравнения Ольга вспоминает своей опыт переживания белых ночей на островах.
— Я практически не спала в это время, — эмоционально рассказывает она. — Потому что в этот небольшой промежуток вся природа находится в состоянии жажды жизни. Ухватить этот момент северного лета, не спать — ты не можешь противиться этому чувству. И оно, к слову, дает тебе колоссальную энергию. Когда люди так относятся к тому, что с ними происходит, — проводит она параллель с отношениями, — это не может быть «грязным» и «непристойным». Сильное истинное чувство — красиво, его нельзя стыдиться.
И все же я спрашиваю художницу о том, почему стыд существует.
— Потому что это одна из сфер, через которую нами управляют. И в нашем недавнем прошлом, и в настоящем, отношение общества к сексу, личным взаимоотношениям существенно не изменилось. Есть множеств табу, запретов, предубеждений, которые мешают людям ценить мгновения сильных чувств. Страх для меня навязывает только смерть, — подытоживает она.
Ольга признается, что для нее уничтожить личный архив — как уничтожить часть своей жизни.
«На всех этих фотографиях есть я, и в то же время меня там нет, — пишет художница в аннотации к своей выставке. — Моё фотографическое тело существует во многих отражениях. Так же, как сейчас чье-то тело отражается в моем».